Авторизація

     Забули пароль?


Реєстрація

   
Наше життя

Знакомьтесь: волонтер Виктор Степанов

Предыстория этого интервью такова: моя мама слушала по радио передачу о волонтерах. Голос одного из них, Виктора Степанова из Харькова, показался ей необычным, особенным. Имея опыт общения с неслышащими людьми, она утверждала, что по голосу чувствуется — Степанов имеет недостаток слуха. Конечно, этот факт не мог меня не заинтересовать. Звонок в Харьков — и вот получено подтверждение: да, есть такой человек среди неслышащих харьковчан, и он действительно волонтер.

 

 

Для того, чтобы взять интервью, ехать в нашу «первую столицу» не пришлось. Нынче ведь современные технологии позволяют общаться на расстоянии. Тем более, что Степанов с техникой на «ты»: он компьютерщик, инженер-программист.

 

— Первый вопрос. Немного о себе напишите. Вы ведь спортсмен?

— А что о себе сказать? Я не то, чтоб спорт­смен, просто люблю на велосипеде погонять. Профессионально спортом не занимался никогда.

 

— Наверное, я Вас перепутала с известным неслышащим борцом Степановым. Вот и я подумала, что Вы — тот самый спорт­смен… Только тот Степанов вообще-то из Ясиноватой, которая сейчас в зоне АТО…

— Да, перепутали, потому что я компьютерщик, вообще-то, а не борец.

 

— Вы, наверное, учились в массовой школе…

— Да, хотя у самого 3–4 степень снижения слуха.

 

— После школы дальше учились?

— Сначала был Харьковский техникум имени Ананченко, где учился на бухгалтера-экономис­та промышленных предприятий, а потом пошел работать в «Харьковские тепловые сети», где до сих пор и тружусь. Начинал с оператора ЭВМ, сейчас — инженер-программист. Когда работал в теплосетях, то спустя какое-то время поступил в Харьковский политехнический институт, специальность: «Компьютерные и интеллектуальные системы и сети». Диплом защитил на «отлично».

То, что я имею экономическое образование, мне немало пригодилось во время работы: мы, операторы, много работали с бухгалтерской информацией.

 

— Фото киборга вместо Вашей фотографии в скайпе не случайно? Вы к настоящим «киборгам» в Донецком аэропорту наведывались или в такие места не ездите?

— Ездим в разные места, но к «киборгам» конкретно не ездил еще. Фото киборга мне просто пришлось по душе — и немного юмора, и патриотический дизайн.

 

— Как пришли к этому, не такому уж легкому делу?

— Началось с того, что узнали, что наших харьковских резервистов, призванных в марте месяце, разместили в каких-то полуразрушенных коровниках на границе. Плюс никакой ни формы, ни обуви не выдали, с продуктами тоже ничего не думали... В общем — НИЧЕГО, ноль полный. В чем из дому приехал — то и твое... Спали на железобетонном полу. Много протянете в таких условиях? Вот и поднялся народ, стал помогать... Сначала разрозненные группы были, везли кто что может, теперь организованно все делаем. Если брать именно горячие точки, то начали ездить туда примерно в мае.

 

— У Вас родственники там были или знакомые?

— Сначала ни родичей, ни знакомых там не было. Потом у моей хорошей знакомой мужа в погранвойска призвали — надо было им помогать, там много резервистов было, а снабжение... Что говорить, если даже продуктов толком не было, форму они за свои деньги покупали и т.д.

 

— Такие серьезные дела... Отсутствие слуха не мешает?

— В чем-то, конечно, есть сложности... Но в общем — нет.

 

— Волонтерская работа основной работе не помеха? Родные не возражают?

— Нет, основной работе не помеха. А родные ворчат, конечно, ну и пусть.

 

— Однако это все требует колоссальных капиталовложений. Вам как удается находить деньги? Машина ваша?

— Машины у меня нет. Просто у нас уже целая волонтерская группа образовалась. У кого-то есть машина, он возит туда. А кто-то помогает собирать эту помощь военным — вещевую, продуктовую, денежную... Было однажды, что человек просто вот так 10 000 грн. передал, а бывает, что какая-то молодая мама передает, скажем, 200 грн. и еще извиняется, что не может больше... Бывает, что некоторые фирмы помогают с приобретением чего-то дорогостоящего. Если передают деньги — закупаем то, что в данный момент военным надо, и передаем им. Все чисто и прозрачно: ведется отчетность — выкладываются отчеты на форуме о том, что откуда поступило, чего, сколько и по какой цене было куплено, что куда доставлено — с фотографиями передачи помощи бойцам.

А возим в зону АТО все что угодно — от трусов и носков до тепловизоров (которые стоят не одну тысячу долларов за штуку), оптических прицелов к оружию, автомашин повышенной проходимос­ти, и что греха таить, порой и запчасти к оружию... Например, новые рожки к автоматам...

 

 

— Таким образом, Вы заняты на закупке и доставке грузов?

— Да, именно так, моя задача — найти, разобраться то это или не то, что надо, закупить, доставить... Кроме того, некоторые вещи сами делаем. Мало тряпичного всякого — разгрузки, спальники, балаклавы, так еще занялись производством берцев и миноискателей(!), которые не уступают зарубежным аналогам… К примеру, сделали металлоискатель за 1200 грн., который по характеристикам обошел американский за 195 $. Но наши самоделкины решили переплюнуть и эту цифру — еще один такой аппарат был собран за 700 грн! Нашим бойцам понравились оба варианта, и они заказали еще 2 штуки — по 700 грн. Также удалось организовать встречу «заказчика» и «производителя», и скоро родится аппарат, который «видит» пластиковые мины. Вот так Харьков пашет! Еще бы приборы ночного видения и тепловизоры начать делать у нас…

 

— Представляю, как трудно достать всю эту сложную технику. Ведь надо знать, что покупаешь, чтоб не купить подделку.

— Все мы учимся: и на своих ошибках, и на чужих. Скажу лишь, что не ошибается только тот, кто ничего не делает.

 

— По дороге случалось Вам помогать и тем, кому помощь не планировали?

— Порой за один заезд в несколько частей успеваем заехать. Был случай, что мы, когда ехали в Луганскую область, заблудились немного (раньше свернули) и выехали на забытый всеми блокпост наших... Что тут еще сказать, если бойцы там в прямом смысле слова ели ящериц?!

 

— Но довезти, передать из рук в руки — дело нелегкое. Столько блокпостов, проверок...

— Ну, проверки нужны, чтоб не завезли какую-то пакость. Главное, чтобы палки в колеса не вставляли, а то бывает и такое порой. И да, ладно там наши блокпосты... А если случайно влетишь в блокпост ДНР, тогда что? Был в моей практике такой случай.

До Изюма я с напарником Валерой на его легковом Форде доехали нормально. Там нас проверили наши блокпосты, и с Богом, ребятки, езжайте. Ехать нам надо было под южную часть Донецка, близко к нему самому. Едем, дорога не сильно раздолбанная, умудряемся под 140 скорость выдавать. И возле одного населенного пункта (Марьинки, что ли) в прямом смысле налетаем на блокпост ДНР, притаившийся сразу за поворотом, притом, что нам сказали, что там нет блокпостов. Резко затормозили, машина с разбегу уткнулась носом в блокпост и… завалила его переднюю стенку. Мы с Валерой переглянулись, крикнули друг другу: «Работаем!», и вылетели из машины, перепрыгнули через стенку внутрь блокпоста и увидели 4-х сепаратистов. Они сидели и играли в карты, автоматы рядом на землю положили. Как стенка блокпоста завалилась — они отпрыгнули от нее, про автоматы напрочь забыли. Автоматы — вот они, возле наших ног. Хватаем мы каждый по автомату и направляем на сепаратистов, а они и чихнуть не успели… Орем: «Руки на затылок!!! Ложись на землю!!!», и добавляем слова покрепче. В итоге они упали носом в пыль с перепугу, мы их связали (один вяжет, другой держит на прицеле), обыскали, рты позатыкали кляпом, погрузили сверху на верхний багажник машины, привязали. Когда захватили тот блокпост, то сначала сами не могли поверить, что это у нас получилось — ведь я программист, Валера — невропатолог… Да, самые воинственные профессии, ничего не скажешь… Сидели потом минут 20 хохотали от всего этого. Обшарили блокпост — а там оружие, пат­роны, гранаты... Погрузили все это доб­ро в машину, автоматы в окна выставили, и так дальше ехали. Доехали, наконец, до наших, а те сначала не поняли, что все это значит — почему автоматы из окон торчат и сверху на машине какие-то люди привязаны. Пришлось им объяснить. Потом, когда обратно надо было ехать, они нас сопровождали двумя БТРами на всякий случай. Показали им разгромленный блокпост — там он был сложен в 1 ряд почему-то, и неудивительно, что от тычка носа машины мешки сразу попадали. Сэкономили или просто не хватило мешков — кто его знает… Самое смешное в этой всей истории, что ни у меня, ни у Валеры не было никакой защиты — ни касок, ни бронежилетов — ну ничего… И тем не менее… Не зря, значит, тренировались.

Знаете, мне понравилось высказывание одного белоруса: «Я долго не мог понять, кого мне напоминают украинцы. Теперь я понял: они похожи на пчел! Пока их улей не трогают, они мирно работают, собирают свой мед. Но стоит только их тронуть — каждая пчела превращается в боевую единицу!»

 

— Вы проходите специальную подготовку?

— Я же еще в «Общественной СамоОбороне» состою, вхожу в состав группы быстрого реагирования от «СамоОбороны» (ее сайт: https://samooborona.kh.ua). Тренировки проходим: рукопашный бой и много чего другого, не буду тут говорить. Кроме того, как будет разрешение на ношение оружия, — будем совместно с пограничниками патрулировать границы по Харьковской области — у нас же 315 км границы с Россией проходит.

 

— А год назад киевский Майдан как восприняли?

— Сначала не все понял, потом пообщался с людьми оттуда и стало все ясно. У нас, к слову, тоже свой Евромайдан был в Харькове.

 

— Понятно, что в своей волонтерской работе Вы в основном со слышащими людьми общаетесь. А в клуб глухих не ходите?

— Я и с глухими общаюсь, а вот в клуб ходить не всегда время есть. Раньше работал на одном из харьковских УПП. И с женой своей благодаря УТОГ познакомился, вернее, благодаря вашей газете. Правда, так получилось, что сначала потеряли контакты друг друга. Но она ходила в ДК, и я тоже. Ну и, наконец, получилось так, что пересеклись. После этого стали чаще там встречаться, хотя и не договаривались о встрече. И вот в один вечер Лида, наша переводчица, попросила нас найти какие-то песни для концерта. Я искал в интернете, а Анжела прослушивала — слышит она получше меня. И тут я натыкаюсь на песню «Надежда» в исполнении А. Герман. Скачал, запустил, и начал себе под нос подмурлыкивать... У Анжелы — глаза квад­ратные: «Ты знаешь эту песню?» Оказалось, что это и ее, и моя любимая песня. После этого случая и пошли у нас отношения развиваться. С подачи Анжелы я некоторое время выступал на сцене с жестовыми песнями...

 

С женой Анжелой на сцене Харьковского ОДК УТОГ.

 

— Хотелось бы на этой приятной ноте закончить наше интервью. Но, увы, сегодняшние реалии требуют вернуться вновь к теме волонтерства. Знаю, что сейчас Вы заняты поиском теплой одежды для наших бойцов...

— Да, сейчас занимаюсь закупкой ватников, но не только этим. Мне люди теплые вещи приносят, другим волонтерам-координаторам тоже, собираем и везем бойцам... Свитера и джемперы собираем. Главное, чтобы цвета были неброские.

Также нужны не скоропортящиеся продукты. Консервация не в стеклянных банках, а в металлических — от взрыва стекло лопается, и продукты потом только выкинуть остается. Ну, и само собой — лекарства. Сейчас особенно будут нужны разные противопростудные средства.

Помочь можно много чем, даже старым линолеумом и войлоком... Просят линолеум любых размеров, в любом состоянии, но целый — ребята используют его для утепления блиндажей. Думаю, зимой это будет нужно постоянно.

По кускам войлока — тоже актуально, т.к. нужно экономить каждую копейку. Если есть у кого залежи ненужного войлока — приносите нам, а мы сделаем стельки в обувь для наших воинов.

Детские письма и рисунки очень нужны — они для солдат как своеобразные талисманы.

Кстати, еще можно помочь картами Луганской и Донецкой областей. Киевская военно-картографическая фабрика выпускает карты-двухкиломет­ровки, а также другие, с другим масштабом, но в этом случае надо точно знать, какие именно квадраты нужны.

 

— А как быть тем, кто хотел бы передать теплые вещи, продукты, лекарства, линолеум или рисунки нашим бойцам, но живет не в Харькове?

— Пусть поищут в своих городах волонтерские группы. В том же Киеве их полно, взять хотя бы тот же «Народный Тыл». В других городах тоже есть. Вот сейчас просят помочь доставить из Винницы в Харьков 15 тонн помощи, которая пойдет в зону АТО.

Если кто-то может помочь деньгами, могут перечислить их на мою карточку ПриватБанка: 4149 4978 1902 3161, Степанов Виктор. Харьковчане, желающие помочь, могут встретиться со мной лично. Мои e-mail: skype: hardolog.

 

— Спасибо Вам, Виктор, за это интервью. Знаю, что Вы снова собираетесь в дорогу. Удачи Вам и счастливого пути! И дай Бог скорее вернуться к тому времени, когда не нужно будет рисковать жизнью, чтобы помочь и каждому отдельному солдату, и всей нашей многострадальной стране.

— Нема за що. И напоследок — слова из любимой песни:

 

«…Надежда — мой компас земной,

А удача — награда за смелость,

А песни довольно одной,

Чтоб только о доме в ней пелось».

Подготовила Н. КАЛИНИЧЕНКО.







газета Наше Життя

Знакомьтесь: волонтер Виктор Степанов

2014-10-31
На злобу дня / Актуальна тема https://ourlife.in.ua/uploads/posts/2014-10/1414747886_v_bronike_i_kaske_.jpg

Предыстория этого интервью такова: моя мама слушала по радио передачу о волонтерах. Голос одного из них, Виктора Степанова из Харькова, показался ей необычным, особенным. Имея опыт общения с неслышащими людьми, она утверждала, что по голосу чувствуется — Степанов имеет недостаток слуха. Конечно, этот факт не мог меня не заинтересовать. Звонок в Харьков — и вот получено подтверждение: да, есть такой человек среди неслышащих харьковчан, и он действительно волонтер.

газета Наше Життя

Реклама


Популярне

НАМ ПОДОБАЄТЬСЯ